л Черяга, - так что вышеозначенные лица являются депутатами
  парламента, а фирмы принадлежат людям, посвятившим свою жизнь борьбе
  против гримас российского коррумпированного капитализма. Правда, если они
  поборются против капитализма на деньги РАО еще полгодика-год, то проблема
  торжества борцов за счастье трудового народа на территории бывшей России,
  зараженной продуктами распада полутора десятка протекших или взорвавшихся
  реакторов, станет неактуальной.
   Извольский задумчиво листал документы.
   - То есть ты хочешь сказать, что эти деньги идут не в личный карман
  директора, а на нужды партии?
   - Без сомнения, - ответил Черяга.
   - Господин директор тоже себя не забывает, - подал сбоку голос Брелер,
  - он у нас пользуется определенной репутацией еще с того времени, как
  ликвидировал последствия аварии на Чернобыльской АЭС.
   - Я знаю, - коротко кивнул Извольский.
   - Я имею в виду, - пояснил Брелер, - что на ликвидацию аварии гнали
  состав за составом. И не всякий состав доходил до Чернобыля. Под это дело
  можно было списывать добро тоннами.
   Извольский молчал.
   - Понимаешь, Слава, - сказал Черяга, - если ты хочешь забрать себе эту
  АЭС, ты это можешь сделать. Но при этом имей в виду, что ты играешь не
  против вора-директора, а против крупнейшей политической партии, имеющей
  большинство в парламенте. И что АЭС нужна ей, чтобы отмывать деньги на
  избирательную кампанию. И что двести пятьдесят миллиардов - это мелочь.