к. Собеседник полюбопытствовал, чего бы хотел Извольский взамен
  за свои бумаги, и Извольский ответил, что хотел бы Белопольскую АЭС.
   Извольский встретился еще с одним человеком. Этот с недавних пор
  заведовал энергетикой страны и ненавидел кремлевского финансиста всеми
  фибрами души. Больше его он ненавидел только левых. После этого
  реформатор-энергетик и финансист встречались уже только друг с другом и с
  министром атомной промышленности, и так как последний был одарен
  неожиданно большой для чиновника долей порядочности, все три высокие
  договаривающиеся стороны порешили, что дырку надо затыкать, желательно без
  особого шума, но непременно срочно. Договорились также, что на дырку никто
  из трех не сядет, потому что дальнейшая добыча ядерных долларов из дырки
  грозила обнажением активной зоны и потому, что договаривающиеся стороны
  недолюбливали друг друга и не намерены были дать противнику возможность
  кормиться за счет чужих усилий.
   Спустя неделю гендиректор РАО "Атомэнерго", которое на сто процентов
  принадлежало государству, без шума и со всеми замами вылетел со своего
  места. На четвертый день по воцарении нового гендиректора (его звали
  Алексей Звонарев) Вячеслав Извольский прилетел в Москву вести переговоры
  по поводу передачи недостроенной Белопольской АЭС в совместное владение с
  Ахтарским металлургическим комбинатом.
   Витю Камаза освободили из-под ареста около 11 утра. Предъявить ему
  было,