миллионером.
   Но чем больше она работала с источниками, тем больше облик этой страны
  казался подозрительным. С одной стороны - вроде как будто, к примеру, в
  Италии и зародились банки. А с другой - никакие это были не банки, потому
  что все, что они делали - это получали от папы римского право на сбор
  десятины где-нибудь во Франции и Англии, а если у налогоплательщиков этой
  самой десятины не всегда хватало, то банки как раз и ссужали им на оплату
  налогов те деньги, которые потом должны были собирать. С одной стороны -
  вроде банки как бы и выдавали кредиты, но выгодней всего им было
  кредитовать не производство, а правительства. Точнее, правительства все
  время делали банкам предложения, от которых невозможно было отказаться.
  Поэтому банки кредитовали правительства, а так как денег у правительств не
  было, то они в обмен расплачивались с банками привилегиями. Но так как
  рано или поздно деньги все равно приходилось платить, то тогда
  правительства, вместо того чтобы расплатиться с кредитом, брали банкира за
  шею и вешали его повыше.
   С одной стороны, вроде бы и появлялись в Италии люди, разбогатевшие
  своим трудом, но вот чтобы сохранить свое богатство, им приходилось
  инвестировать его во власть. Как, например, Козимо Медичи, который из
  второго банкира Флоренции стал ее первым диктатором, после чего его банк
  опять-таки стал не вторым, первым. Или Джованни Аньоло, пизанский банкир,
  который попросту купил