енадобностью. Ира всю жизнь ходила в джинсах,
  в университете ей сначала делали замечания, а потом перестали. Теперь
  Ирина растерянно перебирала старые, изодранные колготки и вспоминала слова
  секретарши кафедры Лидочки: Лидочка неделю назад говорила, что изо всех
  деталей женского туалета мужик больше всего балдеет от черных стильных
  чулок. Бог его знает, так это было или не так, но Лидочка в этом отношении
  была несравненно опытней Ирины. Вот только черных чулок у Ирины не было.
   В конце концов Ирина рассердилась и надела джинсы и новые, но отчаянно
  дешевые туфли, и решила, что попросит Извольского отвезти ее в ресторан, в
  который пускают в джинсах.
   Но Извольский не появился ни в шесть, ни в семь, ни в пол-восьмого. Ира
  позвонила ему по телефону, но трубку отчего-то подняла какая-то вежливая
  стерва (Ирина не знала, что сотовый телефон Извольского переключен на
  офис). Ирина попросила Вячеслава Аркадьевича, и стерва спросила, "как вас
  представить". Ирина сказала, что это Ирина Денисова, и стерва ответила,
  что обязательно передаст.
   Секретарша знала, что шеф дико занят, что в офисе полный аврал, что
  половина юристов спешно перетряхивает активы "АМК-инвеста", а другая -
  вычитывает тридцатистраничное соглашение с "Атомэнерго", имя Ирины
  Денисовой ей ни о чем не говорило, и она просто не передала Извольскому
  сообщения, чтобы тот не швырнул в нее чем-нибудь под горячую руку.
  Поэтому, когда Ирина позвонила второй