снова
  российского бизнеса".
   Черяга едва заметно поднял брови. В ответе начальника таилась некая
  странность. Странность заключалась в том, что подобную сентенцию о
  Заславском мог бы изречь любой из его сослуживцев. Брелеру же, по чину,
  полагалось вместо сентенции извлечь папочку, в которой было бы подробно
  указано, с кем Коля Заславский разговаривает по телефону, какие блюда
  предпочитает, с кем спит и каким способом предпочитает это делать...
  Брелер, вероятно, это почувствовал и сказал извиняющимся тоном:
   - Я ведь тут всего месяц. До Коли еще руки не дошли, знаешь...
   Черяга знал. Так случилось, что последний месяц служба безопасности
  работала сразу по двум головоломным делам и оба раза Брелер внес более чем
  существенный вклад в успех расследования.
   - Я как пришел, списки составил, - продолжал Брелер. - Кого в первую
  очередь проверять, кого во вторую. Он у меня в четвертом списке был. Опять
  же, - заметил бы, что за ним ходят, начался бы скандал, что я, мол, за
  следующим замом охочусь...
   Черяга кивнул. Человек, который только что посадил первого зама
  губернатора и сделал это не из мести, а просто в силу избранного им рода
  занятий, никак не мог желать, чтобы на него нажаловались еще одному
  первому заму... Тот же Заславский мог поднять шум, побежать к Извольскому,
  представив дело таким образом, что пригретая на груди жидовская змея опять
  копает в прежнем направлении, причем на этот раз и под