дал последние наставления Камаз, - пока хипиш не начнется, не
  стреляй. Целься в их главного: он у них светловолосый, лет за тридцать,
  худощавый, в хорошем прикиде. Но раньше нас на курок не нажимай.
   - А если вы договоритесь?
   Камаз подумал. Зачем Перчику знать весь расклад?
   - Если договоримся, не стреляй, - проговорил Камаз. Если бы лицо Камаза
  не напоминало оскаленный радиатор грузовика, можно было бы считать, что он
  улыбнулся.
   Камаз ушел, а Перчик, припав к прицелу, принялся разглядывать залитый
  солнцем пустырь. Придумано было здорово. Никто и не заметит во всеобщей
  свалке, что пуля, убившая мишень, была выпущена не из выхваченного
  противниками ствола. Единственное неудобство состояло в том, что
  винтовочку было необходимо вынести из "свечки". Потом ее можно было
  утопить в ближайшем пруду, но вот на чердаке оставлять никак не
  полагалось.
   Было около половины третьего, когда Денис спустился в столовую,
  организованную на первом этаже особнячка для ретиво работающих
  сотрудников. Столовая была вся чистенькая, пластиковая, с длинными судками
  западных салатов, корейских закусок и аппетитно колышущихся на тарелочках
  чиз-кейков. Качеством забегаловка не уступала иному крутому кабаку,
  посетителей чином поменьше охотно водили в нее "попить чай", а среди
  руководства офиса и вовсе считалось неприличным терять время на сторонний
  ресторан, если, конечно, в ресторане не была назначена