передайте ему. Если бы -
  подчеркиваю, если бы - мы смогли вступить в контакт с теми фирмами,
  которые купили акции комбината, и если бы мы смогли убедить их продать эти
  акции банку - мы бы и думать не смели, чтобы выгнать Извольского. Мы будем
  только рады, если Вячеслав Аркадьевич будет управлять комбинатом.
  Естественно, когда поправится. То есть поймите меня правильно - я не знаю,
  кто купил у Неклясова его фирмочки. Но я приложу все силы к тому, чтобы
  убедить этих людей не ссориться с Вячеславом Аркадьевичем.
   Аузиньш развел руками, обращая ладони к Денису - жест искренности и
  добросердечия.
   - Пусть Вячеслав Аркадьевич едет в Швейцарию. Поправляет здоровье. Не
  знаю, сколько ему понадобится. Месяц, два, шесть. Вернется - авось будет
  директором.
   "Ну да, - подумал про себя Черяга, - а когда он объяснит вам, как
  работают все оффшоры и схемы, вы замкнете их на себя и учредите свои
  оффшоры, и выкинете Извольского, как использованный презерватив. К этому
  времени шум будет поднимать поздно, а завод будет работать по старым
  схемам. С той только разницей, что деньги, которые сейчас через оффшоры
  возвращаются на завод, будут сливаться через такие же оффшоры в ваш
  банк..."
   - Мы готовы обсудить вопрос о соответствующей компенсации за акции, -
  журчал Аузиньш, - разумеется, как я уже сказал, если мы сможем
  договориться с новыми владельцами. Мы хотели бы инвестировать в завод. Вы
  понимаете,