за. Ира и Денис тихонько
  переглянулись, решив, что директор заснул, но минуты через две веки
  Извольского вздрогнули.
   - Ира, выйди-ка погуляй, - сказал Сляб.
   - Почему?
   - Мне надо с Дениской переговорить.
   - Вы о чем будете говорить - о женщинах или о заказном убийстве?
  Извольский сморгнул.
   - С чего ты взяла?
   - С того, что в противном случае я не вижу причин, по которым мне надо
  выходить, - обиженно сказала Ира.
   Сляб скосил глаза и улыбнулся Ирине. Та улыбнулась в ответ,
  нежно-нежно, как улыбаются даже не мужу, а больному ребенку, и Денис
  вздрогнул от чувства, которое раз и навсегда себе запретил. "Не будь
  идиотом", - подумал Денис.
   - Не сердись, солнышко, - сказал Извольский. - Это разговор для двоих.
   Ирина, слегка надув губки, вышла из палаты. Сляб некоторое время лежал
  молча. В зрачках, чуть расширенных из-за всякой анестезирующей дряни,
  которой кололи пациента, плавала усталость и боль, и из голубых они стали
  грязно-серыми, словно небо, закопченное дымовым выбросом.
   - Позвать врача? - внезапно испугался Черяга.
   - Не надо... Я просто хочу, чтобы ты ясно представлял, Дениска. Аузиньш
  сказал тебе правду. У банка - юридически беспроигрышное дело.
   Денис вздрогнул.
   - Это не факт. Мы советуемся со специалистами по корпоративному
  праву...
   - Я - лучший специалист по корпоративному праву, чем любой адвокат,
  который наскребает на своих советах две штуки в месяц.