лионов. Банкир покачал головой.
   - Кошмар, - сказал он, - до чего довели регион. Ведь богатейшая
  область, уголь, никель, один из лучших металлургических комбинатов, а
  налоги никто не платит. Сидите на дотациях у центра...
   Банкир осторожно взял губернатора под локоток.
   - Александр Семеныч, я понимаю ваш местный патриотизм, но нельзя же так
  сразу считать, что вот из Москвы одно плохое. Ведь помилуйте, кого вы
  отстаиваете? Регион в тяжелейшем положении, деньги вы получаете из центра,
  а ваш Извольский налоги ворует просто тоннами!
   - А стреляли в него тоже оттого, что он налоги ворует? - усмехнулся
  губернатор. Брови банкира взлетели вверх.
   - Помилуйте, - сказал он, - что вы говорите? Вы что, хотите сказать,
  что это мы стреляли в Извольского?
   - Слухами земля полнится... - неопределенно сказал губернатор.
   - Но это же... - банкир даже растерялся. Вся его добродушная, круглая
  физиономия выражала такое недоумение, будто его обвинили в попытке
  положить в карман яблоко с фуршетного стола или приехать в Кремль на
  велосипеде вместо бронированного "мерса". - Я даже не знаю, что сказать, -
  промолвил банкир. - Ведь Извольский, прости господи, уголовник! История
  эта с убийством украинского опера! Говорят, начальником промполиции чуть
  ли не бандита назначил, в пику вам. Опять же - вертолетный завод прибрал,
  на котором чечены кое-что покупали... Мало ли у него врагов! Мы в банке
  всегда придерживаемся правила: не