ьской стройкой", местом, где водились рабочие, медведи и тайга.
  Ахтарск был непонятным придатком к чистенькому особнячку, где миллионы
  возникали прямо из воздуха путем перевода энной суммы от "Феникса",
  занимавшего правую половину комнаты 219, в "Интертрейд", прописанный в
  левой ее половине.
   Ахтарцы же (главный инженер, зам по производству и т.д.) считали именно
  москвичей паразитами, и Черяга, еще шесть месяцев назад сам обитатель
  Москвы и следователь Генпрокуратуры, ощущал себя именно ахтарцем. Черт его
  знает, в чем тут было дело, - может быть, в том, что Денис был по рождению
  все-таки сибиряком. А может быть, в том, что в Ахтарске Денис был вторым
  лицом после самого Сляба, полномочным визирем и палачом, а в Москве Денис
  был просто "новым русским" с банальным "мерсом" и мобильником, из какой-то
  заштатной комсомольской стройки... "Вы из Ахтарска? Так ваш комбинат же
  стоит!" - как-то приветствовал Дениса на конференции западный
  экономический светоч, прилетевший учить русских правильным основам
  бизнеса. "С чего вы взяли?" - поразился Денис. "Так ведь вся русская
  промышленность стоит", - объяснил светоч.
   - Привет российской металлургии! - провозгласил Неклясов, поворачиваясь
  и поднимая стакан с соком. Он ужасно походил на ди Каприо в роли Артура
  Рембо. - Говорят, тебя Сляб Заславского послал искать?
   - А что, он еще не нашелся? - это спросил кто-то справа от Черяги.
   - Найдется, куда денется, -