а и
  Брелера являются явным нарушением закона. Одно и то же правонарушение не
  может преследоваться и в гражданском, и в уголовном порядке. Одни и те же
  акции нельзя неправомерно продать и мошеннически похитить. Сам факт
  объявления Дмитрия Неклясова во всесоюзный розыск автоматически должен
  повлечь за собой прекращение арбитражного разбирательства. Фактически это
  - попытка давления на суд, равно как и демонстрация, организованная перед
  зданием суда.
   Судья Баланова сурово прервала адвоката:
   - Мы сами разберемся, кто и почему давит на суд! Немного посовещалась
  со своими коллегами и объявила:
   - Суд удаляется на совещание.
   Участники процесса, толкаясь, вышли один за другим из зала.
   Денис с Вайлем и несколько московских адвокатов собрались в кружок.
  Вайль был красный как рак, на висках от огорчения застыли маленькие
  капельки пота. Адвокаты сурово допрашивали его по поводу отпечатков
  пальцев.
   - Не здесь, - негромко сказал Денис, и адвокаты испуганно замолчали.
   Денис поманил Калягина пальцем.
   - В прокуратуре лежат бумажки на Брелера, - сказал он. - Можешь
  забирать его в Ахтарск. Калягин взглянул на часы.
   - Я на приговор не останусь, а? - спросил он. - Вроде и так все ясно.
   - Во всяком случае, так меня уверял Трепко, - сказал безразлично Денис.
   Начальник промышленной полиции города Ахтарска бросился вниз по
  лестнице.
   Суд совещался минут двадцать. В половине шестого всех пригласили