они
  и выиграют. Но страхуются. Мол, если выиграем, все обратно вернем, а если
  проиграем, то уедем на Сейшелы.
   - Почему на Сейшелы? - поинтересовался Серов. - У Черяги там что,
  вилла?
   - Да нет, я к слову... Знаете, если кто вложил в экономику Сейшел
  двенадцать миллионов баксов, так тут же становится почетным гражданином.
  Вот и вложат.
   - Ну, за такие дела можно и с Сейшел вытащить.
   - Вытащишь, как же. За такие деньги все Сейшелы можно купить. Сказать -
  давайте, ребята, я в вас сто миллионов вложу, но законы у вас должны быть
  такие и такие...
   Федякин с досадой стукнул кулаком по столу.
   - Это все Черяга! - заявил он. - Откуда он взялся на нашу голову!
  Пришлый человек, почти москвич...
   - Ну, вряд ли Черяга действует без санкции Извольского...
   - Не порите чепухи! Вы Сляба не знаете! Он бы сам завод гробить не
  стал, если бы этот следак возле него не крутился! Сидит, как регент.
   - Но ведь вы у Извольского были? Он разве вас не выслушал?
   - Да чего - выслушал! - Федякин с ожесточением махнул рукой. - Ему
  Черяга что вдует в уши, то он и слышит... А Черяга уже меня расписал...
   Зам обиженно всхлипнул.
   - Вон, - добавил он с каким-то детским ожесточением, - я ему баночку с
  женьшенем привез. Настоящий женьшень, по моему наказу друзья у китайской
  границы собирали... Велел Ирине в тумбочку поставить, даже спасибо не
  сказал...
   - Да, надо что-то делать, - с сочувствием вздохнул Серов.
   Но Федякин