о и не слышал.
   - Кто он такой, вообще! Как финансист - ноль! Как производственник -
  ниже нуля! И.о. султана! Нет директора, кроме Сляба, и Черяга - пророк
  его! Ведет себя как бандит, ну ладно отморозков этих расстреляли, так ведь
  начальнику налоговой инспекции угрожал! И это ему Сляб спустил с рук! Зато
  как влез наверх, всех начал давить. У Володи Калягина помещение отобрал,
  представляете?
   - А Калягин - это кто? - уточнил Серов.
   - Начальник промполиции. Они всегда друг с другом не ладили, потому что
  оба отвечали за безопасность. А теперь он Камаза на смену Калягину растит!
  Ну ладно, Калягин хоть бывший мент, а Камаз кто? Долголаптевский бригадир.
  Дожили!
   Федякин спохватился, посмотрел на часы, и крикнул официанта: - Счет,
  пожалуйста! Черт, в кои-то веки в театр выбрался, и то опаздываю...
   - Я заплачу, - поспешно сказал Серов.
   - Да уж сиди ты, банкир! Вы, что ли, лучше? Из-за вас, козлов, весь
  бардак...
   И взъерошенный зам, получив из рук официанта счет и карточку, поднялся
  и решительным шагом поспешил к выходу.
   Было уже девять часов вечера, в громадном здании "Ивеко" в большинстве
  кабинетов погас свет, и только на десятом - директорском этаже - горел он
  еще почти в каждом помещении.
   В комнате отдыха Иннокентия Михайловича Лучкова, начальника службы
  безопасности банка, сидели двое: сам Иннокентий Михайлович и душка-пилот
  Серов. Перед ними работал видеомагнитофон, и смотрели они самый
  увлекательный