хлебало на чужой кусок. Тогда,
  по указанию Иннокентия Михайловича, Коваль тоже неожиданно сцепился с
  измайловскими. Захлопали выстрелы, началась война, измайловским стало не
  до банка. В случившейся мясорубке никто не разглядел руки Лучкова.
   Лучков вызвал Коваля на встречу. Они не виделись почти шесть месяцев -
  бывший агент и бывший кагебешник, оба постаревшие и погрузневшие, в
  отлично сшитых костюмах. Соображения Лучкова были просты - он заявил, что
  Заславского надо переориентировать с гарантий, выданных областным
  бюджетом, на гарантии, выданные фирмой "АМК-инвест". Коваль подумал и
  сказал, что это небезопасно, так как областной бюджет мог прогарантировать
  что угодно, даже кредит под проект добычи изюма из булочек, а Дима
  Неклясов, глава "АМК-инвеста", мог перепугаться.
   - Пусть пообещает Неклясову десять процентов отката, - сказал Лучков.
   К этому времени в голове бывшего кагебешника сформировался вполне
  разумный план. Если комбинат нельзя обанкротить, значит, надо поставить
  Извольского в такое положение, что он сам захочет продать акции. Так как
  опыт показал, что в критической ситуации Извольский готов скорее продать
  акции самым настоящим ворам, нежели банку "Ивеко", - значит, надо
  поставить Извольского в такое положение, чтобы он не знал, кому продает
  акции. Как это сделать? Очень просто. Для этого надо, чтобы имущество
  "АМК-инвеста" оказалось под угрозой ареста. Каким образом?