мидесятилетним вдовцом, без детей и племянников, и воровать
  ему было просто не для кого.
   Трудно сказать, был ли это оптимальный выбор. Твердокаменный партиец и
  ветеран Великой Отечественной, один из учеников знаменитого Миля, Сенчяков
  так и остался насквозь убежденным коммунистом - несмотря на то, что годы
  1950-1954 провел за колючкой в "шарашке". По взглядам, манерам, характеру
  Сенчяков безнадежно отстал от времени и порой до ужаса напоминал завитого
  французского придворного времен Людовика XIV, с опаской карабкающегося на
  борт реактивного лайнера. Сенчяков так никогда и не понял, что
  военно-промышленного комплекса больше нет, и что никогда, ни при каком
  правительстве, Россия больше не будет продавать нефть на Запад, чтобы на
  вырученные деньги оплачивать Конгарскому вертолетному заводу строительство
  двухсот винтокрылых барракуд в год...
   Но удивительное дело - этот директор, повесивший у себя в кабинете
  портрет Сталина, директор, призывавший голосовать за коммунистов, не украл
  у завода ни копейки. И именно он бросил во всеуслышание на митинге
  губернатору-коммунисту, избранному его стараниями: "Ты - не красный! Ты
  красно-зеленый!" И на вопрос о том, кто такие красно-зеленые, пояснил:
  "Это красные, у которых руки по локоть в долларах". Площадь грохнула
  смехом, кличка "красно-зеленый" намертво приклеилась к главе региона,
  следующие выборы он проиграл нынешнему губернатору Дубнову.
   Сенчяков крутился как