сумасшедшие. Почему бы, мол, "АМК-инвесту" не выступить
  гарантом, вполне официально, за три процента от стоимости кредита? А еще
  пять процентов могли бы попасть в карман самому Неклясову?
   Два против одного было за то, что Неклясов пошлет Заславского, - но
  юный директор "АМК-инвеста" неожиданно согласился. Теперь Неклясов с
  Заславским стали друзьями. Вместе выезжали на природу, вместе - в баню. В
  бане оказались кинокамеры, а за радушно накрытой поляной - люди из
  "Ивеко". Неклясова, разумеется, сняли на пленку.
   То, что кинокамера зафиксировала художества Неклясова с девицами,
  разумеется, не стоило ни гроша. Неклясов - не чиновник, пошлите
  Извольскому такую пленку, и он даже смотреть ее не станет. Дело было в
  другом: пьяный Неклясов, аккуратно подзуживаемый Лосем и ребятами из
  "Ивеко", ругал Извольского - остроумно и безжалостно. Иннокентий
  Михайлович даже подивился, как устроены мозги у этого молодого человека.
  Его взяли из грязи, обогрели, вытерли сопли, а он вместо благодарности
  рассказывает, что Извольский - импотент. Наделавшая на заводе шухеру
  история о трех секретаршах была изложена пьяным Димочкой в гримасах и
  лицах.
   Кроме того, Неклясов, стараясь поразить новых друзей собственной
  осведомленностью, выболтал кое-какие вещи об организации финансовых
  потоков завода, которые ни под каким соусом не полагалось выбалтывать.
   Недели за три до начала всех событий