А
  прибыльней, чем в России, им нигде не сработать.
   - А при чем здесь банки? Им что, на роду написано думать о Гавайях?
   - Банк и предприятие по-разному устроены. Что такое деньги банка? Это
  просто записи на счетах. Они сейчас здесь, через минуту в Америке, через
  две минуты на Кипре. Банк - это одуванчик. Дунул - и все бабки улетели в
  оффшор. А предприятие так не может. У него основные фонды. Я домну при
  всем желании на корреспондентский счет не переведу и через спутник на
  Багамы не сброшу.
   Извольский усмехнулся.
   - У каждого российского банка есть план "Ч". Чуть что - деньги в
  оффшор, паспорт в карман - и гуляй, Вася, на Сейшельских островах. Надо
  только деньги тем кредиторам отдать, которые убить могут. А всем остальным
  можно не отдавать. Зачем российские банки вкладчиков привлекают? Чтобы
  было чем расплатиться с теми, кто убить может. Знаешь, есть такой
  финансовый термин - активы, взвешенные с учетом риска. А вот российские
  банки сказали новое слово в мировых финансах. У них есть пассивы,
  взвешенные с учетом риска. В смысле - есть пассивы, которые можно не
  отдавать, а есть такие, которые надо отдать, даже если для этого придется
  других обокрасть, иначе словишь гостинец из автомата Калашникова.
   Глаза Сляба задумчиво сощурились. Ирина по-прежнему сидела перед ним на
  корточках, и длинные, светлые волосы касались его колючей щеки. -
  Солнышко, - сказал Извольский, - ты совсем бледная.