з
  задолжавшего коммерсанта причитающиеся им башли. Хряк, по совету адвоката
  и с согласия подмазанных ментов, взял все дело на себя и ушел на год
  топтать зону. За это Крючок и Премьер обещали ему позаботиться о матери
  (старой школьной учительнице, к которой Хряк питал неожиданную для
  подобного бугая привязанность), а по возвращении - две штуки баксов.
   Сидел Хряк недалеко - в ИТУ, расположенной на западной окраине
  Ахтарска, и откинулся месяц назад.
   Он вернулся в совсем другой город. Премьер был убит еще летом. Крючку
  на той же разборке прострелили почку, он хворал две недели и уж совсем
  было поправился, когда в окно одиночной палаты, где он лежал, кто-то
  шмальнул из гранатомета. В городе глухо поговаривали, что это сделали
  калягинские менты, или не менты - черт ее разберет, что это за структуру
  завел при себе Сляб. В общем, Крючок был крутым мэном, и после смерти
  Премьера мог занять его место. Поэтому промышленная полиция была
  заинтересована в том, чтобы этого не произошло.
   Мать, о которой братва обещала заботиться, как раз пока Хряк парился на
  зоне, заболела воспалением легких и умерла. Хряк вернулся в мир, где не
  было матери, не было Крючка, и даже двух тысяч баксов, которые ему обещали
  после отсидки, тоже не было.
   Работать Хряк не умел и не хотел. Он сунулся было в промполицию, куда
  ушли работать некоторые знакомые, но ему ответили, что с неснятой
  судимостью в промполицию не