ним листок.
   - Миша? У тебя вопрос, кажется, по финансированию коксохимического
  производства? Номер третий? Так вот и погоди, пока мы твой вопрос будем
  обсуждать, а пока не вякай.
   Члены совета директоров переглянулись.
   - Денис Федорович, - умоляюще сказал главный инженер, - ну нельзя же
  так! Если тебе что-то не нравится, скажи конкретно, а если только оттого,
  что убили бандита...
   - Мне многое не нравится, - сказал Денис, - мне, например, не нравится,
  когда на могиле Юры Брелера, который вляпал нас всех в это дерьмо,
  начальник промполиции ставит плачущего ангела в три метра высотой. На свои
  собственные деньги - слава богу, что не на деньги комбината. Это наводит
  на определенные мысли.
   Вовка Калягин встал, с грохотом отодвигая стул.
   - Я очень рад, Дениска, что я тебе не нравлюсь. А то представляешь,
  какая была бы несправедливость - я тебе нравлюсь, а ты мне - нет. Только
  по счастью, ты у нас не хозяин, а только шавка хозяйская. Скажет Сляб меня
  уволить - уволишь. А до этого закрой хлебало и не вмешивайся в то, чем я
  занимаюсь. С тебя достаточно, что ты плохой финансист и хреновый инженер.
  Еще не хватало тебе по поводу уголовного расследования давать руководящие
  указания.
   Хлопнул дверью - и был таков.
   После конца совещания командир СОБРа, Алешкин, подошел к прощающемуся с
  заместителями Черяге.
   - Извини, Денис, - сказал он, - но я тебя не понимаю. И потом - лично я
  беседовал со Свенягиным впервые на даче