з того мертвые. У меня в больнице температура три градуса
  тепла. Вы извините, Вячеслав Аркадьич, за наглость, но вы ведь тут сидите
  в хорошем инвалидном кресле и в комнате - двадцать два градуса. И
  лекарства у вас есть, и еда. А у нас в больничке суп варят так: на два
  литра воды одна луковица и все. Белье велят из дома приносить, а дома
  белья давно нет. Не то что шприцов одноразовых нет, многоразовый
  прокипятить не в чем. Одна и радость, что колоть нечего.
   - Это все хорошо, Валя, - прервал атомщика Извольский, - только чем я
  могу помочь? Комбинат обещал финансировать строительство АЭС. Комбинат не
  обещал финансировать содержание городской больницы. Если в городе нет
  денег на больницу, он получает их от области.
   - А область их не дает, потому что с вами поссорилась! Нас же бьют не
  просто так, а потому что мы под вами! - почти закричал атомщик, - черт
  побери! Вячеслав Аркадьич! Ведь у вас же пятьсот лимонов долларами ушло в
  банк "Металлург", это все знают! Ссудите мне двести тысяч! Люди хоть хлеба
  купят!
   - Я так правильно понимаю, - уточнил Извольский, - что если АЭС получит
  от банка двести тысяч долларов, деньги пойдут не на строительство, а на
  всякие там лекарства для больниц?
   Атомщик задохнулся.
   - Слава! Если бы тебя после покушения не в Кремлевку повезли, а в нору
  сунули, где три градуса тепла, ты бы сейчас где был - здесь или на
  кладбище?
   - Я спросил, - негромко повторил Извольский,