могу без завода...
   - Как начиналась эта история? Глава страховой компании - твой старый
  приятель, так ведь? Сурченко, да?
   - Да... мы просто случайно встретились... месяц назад... в Сунже.
   - Дальше.
   - Он... он этим профессионально занимается. Страховые схемы под
  обналичку. Зарплаты, налоги. Под песок НДС людям возвращал. Ну, он и стал
  хвастаться. Мол, Сунженский трубопрокатный на триста тыщ застраховал на
  случай ядерной войны. И "Аммофос" тоже.
   - "Аммофос" же обанкротили. Губернатор.
   - Ну да. Вот как пришел временный управляющий, сразу застраховал завод,
  заплатил двести штук премию, восемьдесят процентов откатилось губернатору,
  а остальное поделили Сурченко и управляющий. А потом он возьми и скажи,
  что и нас может застраховать.
   - И почему ты согласился?
   Скоросько молчал.
   - Ты полагал, что банк выиграет суд? И что банку будет до фени, сколько
  крадут всякие там начальники цехов и инженеры, да? Им лишь бы самим кусок
  урвать, а остальное из Москвы не разглядишь?
   Скоросько молчал.
   - Хорошо. Дальше. Ты сказал, что бандитов сначала не было. А потом они
  появились?
   - Да. Я не знал. У Сурченко "крыша".
   - Кто?
   - Моцарт.
   Лицо Калягина, стоявшего за спиной Скоросько, нехорошо напряглось. Но
  это было на какое-то мгновенье, и Денис, пристально глядевший в глаза
  главного инженера, этого, скорее всего, не заметил.
   - И Моцарт пришел к тебе?
   - Да. Сказал, что ему все известно. Попросил долю.
   -