должал действовать старый
  совет директоров, потому что по закону новый совет директоров и новый
  генеральный директор могли быть назначены только на чрезвычайном
  акционерном собрании, а чрезвычайное акционерное собрание не могло
  состояться раньше, чем через сорок пять дней после того, как новоявленный
  акционер решит его собрать.
   Но даже и тут не все было потеряно, потому что действующий совет
  директоров всегда может сунуть под задницу стороннего акционера очень
  много очень острых кнопок, и в России бывали случаи, когда директор,
  распоряжавшийся девятью процентами акций, с успехом держал оборону против
  владельцев контрольного пакета по два-три года.
   (Могу привести на память один: благодаря искусному знанию
  корпоративного законодательства, проявленному компанией "Минфин", один из
  клиентов "Минфина", генеральный директор Камчатского морского пароходства,
  вот уже третий год сидит на своем посту, несмотря на враждебность
  акционеров, контролирующих 91% акций.)
   Правда, к АМК это не относилось. Бескомпромиссное хамство
  бюджетообразующего предприятия, не желавшего поделиться ни копейкой ни с
  губернатором, ни с Пенсионным фондом, ни с энергетиками, ни с налоговыми
  рвачами, ни даже с блатным миром, привело к тому, что у АМК в области не
  осталось друзей. Не считая, разумеется, отморозка Сенчякова, дюжины
  анпиловцев, и двух сотен тысяч людей, прямо или косвенно зависевших