Почему я хочу, а она
  не хочет?
   И Серов обиженно засопел, не в силах уразуметь столь противоречащий
  узаконенной природе вещей факт. Федякин смотрел на него настороженно. Судя
  по его кислому лицу, известие о сватовстве москвича ничуть его не
  обрадовало, - ровно по тем же причинам, что и племянницу. Вот если бы
  "Ивеко" сейчас банковал на комбинате, тогда, да - это была бы потрясающая
  партия. А теперь - извините.
   - Ты меня за этим позвал? - поинтересовался Федякин.
   - Нет. Поговорить хотел. Об этой вашей... эмиссии. Ты о ней знал?
   Слово "эмиссия" Серов произнес крайне ругательным тоном, таким, каким
  менее образованные его соотечественники произносили слово "блин".
   - Нет, - сказал Федякин, - никто не знал. Говорят, там даже Черяга не
  все знал, а кусками. Хотя, конечно, деньги за бугром варил он.
   - А голосовать ты за нее голосовал?
   - Разумеется.
   Дверь в гостиную приотворилась, на ковер вполз Кирюша и заявил:
   - Дядя Гена! Давай играть в бибики! Губы Серова сложились в досадливую
  складку, он подхватил с ковра красивый грузовичок с пультом управления
  (кстати, свой же собственный подарок), вручил его Кириллу и вытолкал
  ребенка за дверь.
   - После поиграем, - сказал Серов, - ладно? У нас с дядей Мишей
  серьезный разговор.
   Вернулся к дивану, откинулся на подушки и спросил:
   - А если бы ты был на заводе главным? Ты бы утвердил эмиссию?
   - Разумеется, я бы голосовал "за".
   - Довольно забавно,