в мусорную корзину кинет. Рано или поздно.
   - Совершенно согласен. Но, что характерно, это может произойти
  достаточно поздно. ФКЦБ у нас большая, что ей мешает сидеть и размышлять,
  правду мы написали или херню собачью...
   Серов помолчал.
   - Вот... а за это время могут произойти разные разности. Например,
  Извольский в Швейцарию лечиться поедет. И, скажем, Черяга вместе с ним. И
  остаешься ты на комбинате вроде как главный, так?
   - Так.
   - У тебя право распоряжения деньгами "Стил-вейл" есть?
   - Ими три месяца как Черяга распоряжается.
   - Но раньше это делал ты? И права этого тебя никто не лишал?
   - Формально - да.
   - Ну и проголосуй за отмену эмиссии, пока их не будет...
   Федякин глядел перед собой остановившимися глазами.
   - Значит, в Швейцарию уедут? - тихо спросил он.
   - Ага, - беззаботно улыбнулся Серов, - в Швейцарию. Ты, главное, помни,
  что по документам ты полтора миллиона баксов у области свистнул... Так что
  если ты с нами дружишь, ты получаешься главный на комбинате, а если не
  дружишь, тогда извините...
   - В Швейцарию, - повторил Федякин и залпом выхлестнул полстакана водки.
   Федякин распрощался и ушел через четверть часа. Когда Клава заглянула в
  гостиную. Гена Серов сидел уже в полном одиночестве, а бутылка коньяка
  опустела на треть. Себя Серов чувствовал полной скотиной. Хотя, с другой
  стороны, если Извольский с Черягой кончатся, то всякие глупые причины, по
  которым Клавка не хочет принимать его