рняка учредили для уже
  парализованного Сляба.
   Неслышно ступая по мраморным ступеням, затянутым серым ковролином, Лось
  поднялся на третий этаж. Прямо перед ним оказалась небольшая гостиная не
  гостиная, зала не зала - с двумя пальмами у балконной двери, удобным
  диваном и шахматным столиком. Слева, как и было предсказано, начинался
  широкий коридор, вдоль которого тянулись неяркие матовые лампы дневного
  света.
   У первой двери налево была аляповатая ручка желтого цвета (наверняка
  позолоченная). Сверху ручки был вделан цифровой замок. Лось знал, что
  дверь двойная, - сначала добротная деревянная, а затем стеклянная с
  занавеской.
   Лось открыл деревянную дверь и скользнул внутрь.
   В комнате было необыкновенно тихо. Он ожидал услышать голос Черяги или
  Извольского, но никто ничего не говорил и, что гораздо важнее, - света за
  стеклянной дверью почти не было.
   Лось помедлил еще несколько мгновений, прислушиваясь. Уши его, как
  бортовой комплекс заходящего на цель истребителя, собирали в себя всю
  информацию о состоянии окружающего мира, но красная лампочка на внутреннем
  пульте не загоралась.
   Лось отворил стеклянную дверь.
   Он был готов стрелять немедленно, но этого не потребовалось.
   Он стоял на пороге просторной спальни. Днем комната, вероятно, была
  залита светом из трех широких окон, образующих эркер. Сейчас окна были
  задернуты плотными бархатными шторами, но не до конца, и яркий фонарь,
  горящий