а студенткой?
   Директриса отрицательно покачала головой:
   - Нет, к сожалению, я здесь тринадцать лет работаю, муж у меня военный, и
  нас сюда перевели из Казахстана, с границы. Вот с тех пор здесь и работаю.
  Но, вы знаете, у нас ее многие помнят, у нас ведь есть преподаватели,
  которые закончили наше училище. Вот они ее знали. А вообще, мы очень, очень
  расстроены, что нам не удалось ее к себе заманить. Чтобы студентки наши на
  нее посмотрели, да и.., что там греха таить, рассчитывали, может, она нам
  хоть какую-нибудь помощь окажет. Материальную, конечно. Видите, в каком мы
  состоянии, буквально на грани выживания. Помощи никакой ниоткуда, работаем
  на голом энтузиазме, зарплата маленькая, и ту задерживают, так что мы уже,
  как профессиональные нищие, все время с протянутой рукой. Вот до чего дошло,
  на бывших учениц чуть не облавы устраиваем... Впрочем, это у нас первый
  случай такой, вообще-то с музыкантов много не возьмешь. Не каждому все-таки
  удается во всемирные знаменитости выбиться, большею частью наши выпускники
  мыкаются вроде нас самих. Одни в музыкальных школах работают, другие
  хормейстерами по клубам, малоимущие и скромные труженики культурного фронта.
  Или бойцы, если хотите. Так что мы на Богаевскую большие надежды возлагали,
  думали, может, она хотя бы поможет нам приобрести новый концертный рояль в
  актовый зал, но, увы, ничего нам не удалось.
   Бесхитростная исповедь Дороховой меня тронула. Я даже попыталась себе
  представить, как