на стол что-нибудь для метания в лицо противнику: бутылку пепси
  или букет роз, например.
   - Когда эфир? - спросил Пашков.
   Вопрос был обращен ко мне, но я так увлеклась своими фантазиями, что не
  сразу сориентировалась. И только когда все на меня уставились, сообразила,
  что к чему, и доложила:
   - Послезавтра, в девятнадцать тридцать. Пашков протянул руку.., и взял
  ежедневник, который, конечно же, раскрылся там, где лежала фотография. Я
  впилась взглядом в лицо Пашкова, но ничего примечательного не увидела.
  Удивление, правда, было, но и только. По крайней мере, эффекта разорвавшейся
  бомбы моя военная хитрость не произвела. Пашков взял фотографию в руки,
  повертел, положил на стол и призадумался.
   Вездесущий Венька тут же скосил взгляд на снимок, и брови его полезли на
  лоб.
   - Какая-то фотография, - пожал плечами Пашков.
   Венька подвинул снимок к себе:
   - Вы ее знаете?
   - Первый раз вижу. Как она сюда попала? Фотография пошла по кругу, я тоже
  для отвода глаз подержала ее в руках.
   - Может, кто-нибудь из гостей потерял? - предположил Венька, имея в виду
  Дедовского и иже с ним.
   - А если это какая-нибудь провокация? - высказал предположение аналитик.
  Остальные дружно насупились.
   Венька опять взял в руки фотографию и поскреб пятерней затылок:
   - На всякий случай надо бы выяснить, кто такая.
   И Наташина фотография перекочевала к Викингу, который сунул ее в
  нагрудный карман.
   Ну вот, я так ничего и не узнала, зато Пашков,