ве и попасть в "желтый" дом. Вот,
  собственно, и все мои претензии к Дедовскому, если вас удивляет, почему я
  его посылаю подальше и сжимаю кулаки, услышав его голос.
   Познакомились мы с Ледовским самым традиционным образом, для меня во
  всяком случае. Он тогда был заместителем директора довольно-таки крупного
  завода, я работала в "Вечерке" и брала у него интервью уже не помню в связи
  с чем: то ли к круглой дате, то ли по другому случаю. И он поразил меня
  своим напором, энергией, заразительным смехом, умением стойко сносить мои
  колкости и легко их отражать, не обижаясь и не обижая меня. А главное - он
  был достаточно высок, чтобы я могла не втягивать голову в плечи, находясь
  рядом с ним, и это меня более чем устраивало. Что до всего остального...
  Конечно, я знала, что у него есть жена, но это меня не беспокоило, ведь я не
  строила на его счет никаких планов. А он - на мой. Нас вполне устраивали
  наши ни к чему не обязывающие отношения, нечастые - раз в две недели -
  встречи на даче Ледовского (тогда, как и теперь, была зима). Мы ничего друг
  от друга не требовали, не обещали и не строили совместных прожектов на
  будущее. Словом, это был один из тех легких романов, какие нужно прерывать
  вовремя, пока они не превратились в тягучие и безнадежные. Не знаю, сколько
  бы это продолжалось, если бы однажды, уже весной, я случайно не увидела
  Дедовского с юной и совершенно очаровательной особой. Они сидели в машине, и
  Дедовский игриво трогал