е-таки директор, а я только...
   - Но Татьяна Павловна здесь еще не работала в те времена, когда Елена
  Богаевская прилежно разучивала гаммы, - улыбнулась я, чтобы хоть немного ее
  подбодрить. - А вы работали.
   Но она все еще продолжала опасаться начальственного гнева:
   - Все-таки почему я? Я же не могу за всю школу... Есть и другие...
   Господи, что эта Татьяна Павловна делала со своими учительницами: током
  пытала, иголки под ногти загоняла?
   Я выбилась из сил и согласилась:
   - Хорошо, если есть другие, я буду говорить с ними. Порекомендуйте мне
  тогда еще кого-нибудь из тех, что работали в школе с семьдесят пятого по
  восемьдесят первый. Ну, есть у вас тут еще такие?
   Бедная учительница еще крепче сцепила ладони и слабо пискнула:
   - Кажется... Нет, в школе таких нет. Остальные уже на пенсии...
   "Или уволились", - мысленно добавила я. Можно не сомневаться, что к такой
  кадровой текучке приложила руку новая директорша, но сейчас все это было для
  меня делом десятым, если вообще не сотым.
   С грехом пополам мне все-таки удалось разговорить Зинаиду Арсеньевну, но,
  признаюсь вам как на духу, далось мне это нелегко. Когда наконец она
  решилась снять с себя обет молчания, я уже почти ни на что не рассчитывала.
   - Я ведь сама ее не учила, - призналась Зинаида Арсеньевна, - если,
  конечно, она вообще та самая Богаевская, может, просто однофамилица... В
  любом случае я скрипачка, а она училась по классу фортепьяно.
   - А у кого, не помните?
   -