й газете, - посоветовала мне Радомыслова.
   Мне не оставалось ничего другого, кроме как признаться:
   - А если не для газеты?
   - Тогда я тем более не вижу причины для вашего любопытства, -
  отпарировала учительница. Кот на ее коленях лениво приоткрыл янтарный глаз и
  посмотрел им на меня. Если я что-то понимаю в кошачьей психологии, то в нем
  был незамысловатый вопрос: "Ну, чего пристала?"
   Я поняла, что темнить с благородной хозяйкой и ее проницательным котом
  себе дороже, и высказалась без обиняков:
   - У меня личная причина. Боюсь, мне трудно будет это вам объяснить, но я
  предполагаю, что пятнадцать лет назад с Еленой Богаевской что-то произошло,
  и, как мне кажется, что-то ужасное. Именно поэтому они всей семьей тогда и
  уехали из города, практически в одночасье. По той же причине она пятнадцать
  лет сюда не возвращалась. И вот она наконец решилась, приехала, но уже в
  аэропорту...
   Я замолчала, вспоминая каменное лицо примадонны, полузакрытое роскошным
  букетом, потом снова собралась с мыслями, но о Пашкове говорить не стала,
  выразилась более нейтрально:
   - ..Видимо, на нее сразу нахлынули какие-то неприятные воспоминания.
  Думаю, она провела ужасную ночь в гостинице и в конце концов решила
  отказаться от запланированных концертов. Насколько я знаю, при этом она
  безоговорочно согласилась выплатить причитающуюся с нее неустойку.
   Музыкальная старушка в очередной раз продемонстрировала мне свой
  природный ум, а может, и