ем, это неважно. - Я заметила,
  что лицо старой учительницы омрачилось. - Но, - она вскинула голову, - я До
  сих пор осталась при своем мнении: талантливым детям нужно уделять больше
  внимания, нужно о них заботиться, оберегать, дышать на них, они же перед
  этой жизнью беззащитны вдвойне, потому что более впечатлительны. Ну ладно, о
  Леночке. В общем, когда я поняла, что передо мной одаренный ребенок, а
  произошло это, конечно, сразу, то стала посвящать ей больше времени, чем
  остальным. Мы занимались не только в школе, но и здесь, у меня. - Она
  повернула голову, я проследила ее взгляд и только теперь рассмотрела в
  дальнем углу пианино. - Разумеется, никаких денег я с нее не брала, тем
  более что семья была не очень зажиточная, как принято говорить, полная, но с
  проблемами. Отец очень сильно выпивал. Кстати, когда Лена с матерью уехали
  из города, семья совсем распалась, отец Лены остался в городе и потом, как я
  слышала, окончательно спился. Что касается самой Лены... - Радомыслова
  тяжело вздохнула и замолчала. Причем надолго.
   Я заерзала в кресле, и рыжий кот на коленях старой учительницы не оставил
  этот факт без внимания: снова приоткрыл один глаз и недовольно посмотрел на
  меня. По-моему, мое присутствие представлялось ему все более и более
  нежелательным.
   - Конечно, с Леночкой тогда, в июне восемьдесят третьего, что-то
  произошло. У меня на этот счет нет ни малейшего сомнения, хотя, что именно
  случилось, я до сих пор не