ому что предназначалась она, без сомнения, нашему
  лучезарному кандидату в губернаторы, но вряд ли мне от этого было бы легче.
  Вы как хотите, а я еще не готова к загадочной улыбке на остывших губах и
  цветистому некрологу в "Губернском вестнике".
   Но пока я была еще жива, а посему лежать бревном на полу мне порядком
  поднадоело. К тому же тело у меня затекло от неподвижности. Поэтому-то я и
  попыталась расположиться со всем возможным в подобных обстоятельствах
  комфортом, для начала повернувшись на бок. И именно в процессе этих
  перемещений рука моя внезапно коснулась чего-то мокрого и теплого. Какая-то
  жидкость. Интересно, откуда она взялась? Думать о том, что с кем-то из
  пашковской "команды" со страху случилась неприятная неожиданность, мне
  совершенно не хотелось, однако ладонь я поднесла к лицу не без некоторой
  брезгливости. Что-то темное, странно... Тогда я осторожно подняла голову и
  огляделась.
   Смотреть на валявшихся на полу в самых разнообразных позах пашковских
  соратников было очень забавно. Их словно взрывом разметало по полу. Я
  медленно обвела комнату привыкшими к темноте глазами и обнаружила, что
  Венька, несмотря на грозные окрики Викинга, продолжал сидеть за столом -
  один из всех, надо же какой смельчак! - уронив голову на руки как бы в
  глубокой задумчивости. Тоже мне, нашел время. Или он заснул? Но это уже
  полный абсурд. Прокрутив в голове все вышеозначенные варианты, хоть как-то
  объясняющие