пе у пашковской "команды" был достаточно обширный автомобильный
  парк, но сейчас мне совсем не хотелось с кем-нибудь договариваться,
  кого-нибудь просить...
   Чибисов посмотрел на часы и поморщился:
   - Без десяти двенадцать... Ладно, я вас подброшу, к тому же ваша
  Мичуринская недалеко...
   Я собралась было удивиться, откуда он знает мой адрес, да вовремя
  вспомнила, что сама же ему его и дала. Провалы в памяти начинаются, что ли?
  Впрочем, немудрено при таких-то событиях! С другой стороны, такой
  галантности от своего бывшего "героя" я совсем не ожидала и, честно говоря,
  не знала, как к ней отнестись. Пока я придумывала, что бы ему ответить,
  Чибисов подтолкнул меня к вишневой "девятке", приткнувшейся в двух шагах от
  входа в Дворянское собрание, и безапелляционно заявил:
   - Садитесь быстрей, мне уговаривать некогда.
  
  ***
  
   Звонят. Нет, не по телефону, в дверь. Я стащила с головы подушку и
  уставилась в темноту. Какого черта, кто там еще? Сейчас ночь, и я имею
  полное законное право на сон, праведный или нет - никого не касается.
  Особенно после того, что произошло на моих глазах несколько часов назад.
   Однако звонок повторился. Протянув руку, я сняла со спинки стула халат,
  потом с трудом придала своему туловищу вертикальное положение и сунула ноги
  в тапки. На все эти манипуляции у меня ушло от силы две минуты, тем не менее
  тот, кто стоял за дверью, нажал на звонок в третий раз.
   - Иду, иду... - пробурчала я