ак водится, слово
  за слово... Ну вот, а когда она, значит, к Люське приходила, то чего-то там
  стащила: то ли деньги, то ли... В общем, не знаю. Но Люська про нее теперь и
  слышать не хочет! Ругается, и только, сильно разозлилась.
   - И все-таки ты ее еще раз спроси про нее, - посоветовала я Валентину, -
  узнай, как зовут и где живет. Придумай подходящий предлог. Ну, например, что
  она тебе еще какую-нибудь работу заказывала... Или не расплатилась.
   - Хорошо, подкачусь сегодня вечерком, потом перезвоню, - пообещал
  Валентин. - Только... Ох, не нравится мне все это. Боюсь, по милициям
  таскать начнут, а там не дай Бог до налоговиков дело дойдет. Покатят на меня
  за левые доходы, без декларации...
   Уф, теперь я прозрела наконец. Вот что беспокоило Валентина - так
  называемые левые доходы, те копейки, которые он с грехом пополам
  зарабатывает на стороне, чтобы прокормить семейство - жену, двоих сыновей и
  парализованную тещу.
   Я фыркнула - не удержалась:
   - Не смеши людей, какие у тебя там левые доходы! Кошкины слезы!
   - Может, они и кошкины, - Валентин старался не смотреть мне в глаза, - да
  этим налоговым троглодитам на глаза только попадись. Они же этих.., ну,
  олигархов за жабры не возьмут, потому что у них адвокатов много, вот и ловят
  мелочь сачком. Поймают головастика и демонстрируют: этот гад не заплатил
  налогов, поэтому нашим старикам нечем пенсию платить!
   Я покачала головой:
   - И все равно ты преувеличиваешь. Не думала, что