астоящей
  сенсацией. Чай, не каждый день у нас стреляют в претендентов на
  губернаторское кресло и по ошибке убивают председателей московских фондов!
  Короче, Вислоухову предоставлялась реальная возможность прославиться на всю
  страну, ибо "в одном из ближайших выпусков новостей" по первой программе,
  без всякого сомнения, планировался именно его репортаж с места событий.
   "Штабисты" при виде вислоуховского микрофона оторопело переглянулись и
  отпрянули, а в приемную просочился Вадькин напарник с телевизионной камерой
  и принялся снимать все подряд, не спрашивая никакого разрешения. Первым
  делом он нацелился на дверь, за которой разыгралась вчерашняя драма, ныне
  предусмотрительно опечатанную, потом перевел камеру на аналитика, не знаю
  уж, чем он ему приглянулся.
   Аналитик протестующе замахал руками и завопил:
   - Прекратите снимать, немедленно прекратите снимать!
   Вадька отдал напарнику команду удалиться и, все еще заметно заикаясь,
  выставил вперед свое удостоверение и вполне профессионально покатил на
  аналитика баллон:
   - А-а п-почему, собственно? Мы действуем в соответствии с За-Законом о
  печати...
   Препирательства продолжались достаточно долго, после чего Вислоухова таки
  выставили за дверь, объявив, что помещение он снимать, конечно, может, но
  оно, если он откроет глаза пошире, опечатано, а вот их (в смысле
  "штабистов") снимать он имеет право только по их же соизволению, а они-де не
  соизволяют. Правда, Вислоухову