ам что-нибудь
  говорит имя - Наташа Русакова?"
   Я таки открыла рот, но задала совсем другой вопрос:
   - Вы больше не нуждаетесь в моих услугах? - (Если честно, то с моей
  стороны было хамством рассуждать о каких-то там услугах, потому что по
  большому счету я не выполняла и сотой доли обязанностей, кои предполагала
  громкая должность пресс-секретаря.) Наверное, Пашков думал приблизительно
  так же, потому что на его лице мелькнула тень растерянности, но он, надо
  отдать ему должное, быстро нашелся:
   - Что вы, я имел в виду совсем другое, лишь то, что вам нужно время на
  то, чтобы восстановить силы, поправить здоровье. Все-таки это поважнее любых
  выборов и любой политики. Так что, пожалуйста, отдыхайте и постарайтесь
  поменьше думать о событиях, в которые вы оказались невольно вовлечены.
  Понимаю, это будет нелегко, у самого в голове до сих пор не укладывается,
  что Вениамина больше нет... Такие вот особенности национальных выборов...
   Смотри-ка, а наш кандидат тоже шутник, оказывается! Вот только явился он
  ко мне не шутки шутить и не о моем подорванном здоровье справляться, это
  понятно даже мне. Что-то его томило, что-то еще оставалось у него за душой.
  Я немножко догадывалась, что именно, но не имела ни малейшего намерения
  оказывать ему помощь в поисках плавного перехода к интересующей его теме.
   - Да, вот так, Капитолина Михайловна, вот так...
   Я приподняла брови: надо же, как он мучился, бедняжка, даже
  слова-паразиты