Не знаю, чем бы все это кончилось, если бы в конце коридора не хлопнула
  дверь. Я оглянулась и увидела кургузую фигуру Капитонова, который топал в
  нашу сторону, сосредоточенно глядя под ноги, будто в надежде обнаружить
  потерянный кем-то толстый кошелек. Это его явление неожиданно прибавило мне
  бодрости, и я кинулась ему навстречу:
   - Хорошо, что вы так быстро!
   - Что? - Он перестал созерцать линолеум, которым устлан больничный
  коридор, и уставился на меня в некотором удивлении. - А что вы здесь,
  собственно, делаете?
   - А вам разве не передали? Я же звонила...
   - Да нет, пока не передали. Ладно, рассказывайте, что у вас тут
  случилось.
   Но рассказать, что случилось, я не успела, потому что меня опередила
  Анечка, заверещавшая на весь коридор:
   - Ну куда она пошла, да что же это такое, в конце концов!
   Мы с Капитоновым переглянулись и, не сговариваясь, дружно кинулись вслед
  за старой учительницей, которая воспользовалась замешательством и
  проскользнула за дверь реанимации. Причитающая Анечка - за нами.
   А Радомыслова уже успела склониться над лежащей Майей и спросить
  прерывистым голосом:
   - Майечка, а Леночка где? Где она, Майечка? Майя никак не отреагировала
  на ее вопрос и продолжала равнодушно созерцать больничный потолок.
   - Ираида Кирилловна! - окликнула я громким шепотом старую учительницу.
   Она обернулась, и я увидела, что по ее бледному, осунувшемуся лицу текут
  беззвучные крупные слезы.