бегала с фотографией пьяного Пашкова с девочкой на коленях,
  а потом повесилась?
   Капитонов совсем не удивился моей осведомленности, только заметил
  будничным тоном:
   - Про все-то вы знаете, как я посмотрю. Я потрясен.
   - Зато меня поражает ваше спокойствие, - отпарировала я и толкнула
  дверцу. В этот раз я уже не собиралась возвращаться.
   - Не забудьте о нашем договоре, - бросил мне вслед Капитонов.
   - Что вы, что вы, как можно, - буркнула я и направилась к подъезду,
  вспоминая на ходу, что так и не зашла в аптеку, чтобы купить себе что-нибудь
  от простуды.
   Пришлось мне лечиться традиционными методами. Благо в кухонном шкафу
  обнаружилась банка изрядно засахарившегося меда. Выпив литра полтора чая с
  этим самым медом, я укуталась в одеяло и рухнула на диван. Примерно через
  десять минут одеяло уже можно было выжимать, да и меня с ним заодно. Зато
  температура упала чуть ли не до отрицательных значений. По крайней мере,
  когда я коснулась согретой под одеялом рукой собственного лба, он мне
  показался холодным, как гранитное надгробие. А потом меня стала охватывать
  дрема, которую нарушил противный требовательный звонок.
   Вставать мне совершенно не хотелось, но я вспомнила, что Капитонов
  почему-то не исключал вероятности появления у меня Елены Богаевской, хотя я
  плохо себе это представляла. Звонили, правда, не в дверь, а по телефону.
  Ладно, будем считать, что она решила предупредить меня о своем визите.
  Чертыхаясь