ла и остановилась рядом.
  Мертвая женщина, лежащая на столе, и вправду была Еленой Богаевской. Чтобы
  понять это, мне хватило одного взгляда. Еще я успела заметить, что лицо у
  нее грустное-прегрустное, печальное-препечальное, а на шее багровая
  борозда...
   - Вы тоже считаете, что это Богаевская? - Капитонов притронулся к моему
  плечу. Я подавленно кивнула.
  
  ***
  
   Меня так потряс сам факт смерти Елены Богаевской, что я только теперь
  подумала, что эта смерть была насильственная. И вопрос Радомысловой,
  обращенный к Капитонову: "Вы знаете, кто ее убил?", застал меня врасплох.
  Почему же я сама не догадалась его об этом спросить еще у себя дома?
   - Кто ее убил? - повторила старая учительница, вцепившись в рукав
  кожаного пальто Капитонова.
   - Об убийстве речь пока вообще не идет, - уклончиво ответил Капитонов.
   Я просто физически почувствовала, как глаза мои полезли из орбит: речь об
  убийстве не идет, тогда о чем она идет вообще?
   - Послушайте, - начала было я, но Капитонов незаметно для Радомысловой
  заговорщицки приложил палец к губам, и я осеклась.
   Капитонов же приобнял старую учительницу за согбенные плечи и повел к
  выходу, уговаривая ее, как маленького ребенка:
   - Ираида Кирилловна, мы во всем разберемся и сразу же поставим вас в
  известность. Обещаю вам, а пока еще очень рано делать какие-либо выводы.
   - А Майя? Как же Майя?
   - И с Майей разберемся, - щедро обещал ей Капитонов, - обязательно
  разберемся.