звал - кем бы вы думали? -
  спичрайтером, то бишь составителем речей. Его имя я как-то пропустила мимо
  ушей, уж больно я была поражена его мудреной должностью. Подумать только,
  настоящий спичрайтер в наших занюханных палестинах! К чему бы это? Может, в
  родимой губернии нефтяные фонтаны забили, а я ни сном ни духом?
   - Сергей Челядьев - наш имиджмейкер. - Пашков ласково потрепал по плечу
  худенького узкоплечего паренька с мелкими, я бы даже сказала, кукольными
  чертами лица. Тот немедленно окинул меня пытливым взором на предмет
  обнаружения в моем облике деталей, способных навредить имиджу потенциального
  губернатора. Не сомневаюсь, у него руки чесались в предвкушении скорого
  возделывания целины, которую я собой представляла. Ладно, кое-какие жертвы
  ради "общего дела" я еще могу принести, но пусть не рассчитывает перекрасить
  меня в блондинку!
   Потом Пашков отрекомендовал мне еще одного своего "штабиста", и я
  практически не удивилась, узнав его экзотическую должность - аналитик.
  Аналитик был худ и желчен и звали его Григорий Подобедов. Бок о бок с ним
  стоял Венька, подбадривающий меня взглядом.
   - Мой помощник Вениамин Литвинец в особом представлении не нуждается, -
  заметил в его адрес Пашков, - вы его хорошо знаете. - И он подвел меня к еще
  одному человеку из собственной свиты. Это была женщина. - Моя жена Снежана.
   На жену Пашкова я взглянула внимательнее, чем на всех прочих. За
  особенного психолога я себя не держала, однако