влены снимки семейной
  тематики. На первом кандидат в губернаторы обнимал пожилую женщину в зеленом
  трикотажном платье, а подпись под снимком гласила: "И. С. Пашков с матерью
  Клавдией Васильевной Пашковой". На втором, кроме самого Пашкова, я узнала
  его холеную Снежану. Они сидели за довольно-таки скромным столом - то ли
  обедали, то ли ужинали, - и не одни, трапезу с ними делили красивая молодая
  девушка и парень со слегка испуганным взглядом. "И. С. Пашков в кругу
  семьи", - прочитала я и еще раз, уже повнимательнее, посмотрела на снимок,
  отметив, что выражение у пашковского сына все-таки какое-то странное, если,
  конечно, это его сын.
   - А я и не знала, что у нашего кандидата такие взрослые дети, - задумчиво
  обронила я.
   - Он рано женился, - отозвался Венька, - в восемнадцать лет.
  Представляешь, совсем не погулял парень!
   - Похоже, мадам держит его в ежовых рукавицах? - продолжила я свою
  диверсионную деятельность.
   - Да, она баба серьезная, - подтвердил Венька, подслеповато пялясь в
  экран дисплея.
   Признаться, не так уж много я из него вытянула, учитывая, что особенности
  характера Снежаны Пашковой были мне уже ясны, по крайней мере, в общих
  чертах.
   - А где его дети, в Москве? - не унималась я.
   - Старшая в Москве, она уже замужем. А младший здесь, они его всегда с
  собой возят, его же оставить не с кем. Если только в психушку сдать.
   - Как это? - опешила я.
   - Очень просто, - ответил Венька, - у него с годовой