без нее. Разве не так?
   - Вы дерзите, - изобразив на лице крайнюю степень неудовольствия,
  сказала Женевьева. - Я буду вынуждена обратиться к прокурору.
   - Госпожа Дюран! - Полицейский широко улыбнулся. - О какой дерзости вы
  говорите? Была только констатация факта. Вас даже не удивила и не шокировала
  фотография голого шейха. - И вдруг, перестав улыбаться, с лицом, вмиг
  посуровевшим, добавил: - Кстати, я даже не знаю, доберетесь ли вы
  когда-нибудь до прокурора.
   Ледяной тон и серьезность, с которой были произнесены последние слова,
  не на шутку испугали Женевьеву. Она уже поняла, что слишком необычной
  оказалась ее встреча с полицией, и угадать, чем она закончится, крайне
  трудно.
   - Что вы имеете в виду? - спросила Женевьева, и голос ее дрогнул.
   - Горную дорогу, моя госпожа. Только дорогу. Впереди есть очень опасный
  скальный участок. Там ровно два дня назад в пропасть сорвался "Порше".
  Великолепный жеребчик, серебристый металлик. Погибли двое - он и она. Их
  тела подняли из пропасти, а машина все еще в ней. У вас нет желания
  взглянуть на нее? Тут совсем недалеко.
   - Я вожу машину аккуратно, - сказала Женевьева, сдерживая испуг. В
  словах полицейского она угадала страшный намек, облеченный в форму рассказа
  о дорожном происшествии.
   - Она тоже ездила аккуратно, - полицейский как фокусник извлек из
  кармана третью фотографию. - Взгляните.
   Цветной