спахнул дверцу и поклонился, встречая вышедшего
  из машины ибн Марсака.
   Шейх, еще недавно севший в "Мерседес" в легком светлом костюме
  европейского покроя, вышел из него облаченным в молочно-белую джелабу, с
  головой и плечами, покрытыми клетчатой бело-красной шемагой.
   Быстрыми шагами ибн Масрак поднялся по ступеням и вошел в дом. Он
  оказался в просторном холле, устланном роскошными восточными коврами. По обе
  стороны двери высились две мраморные статуи обнаженных женщин - черной и
  белой.
   Ибн Масрак, проходя мимо, коснулся черных ягодиц и улыбнулся охраннику.
   - Какую из них, Исмаил, ты выбрал в подруги? - и, не ожидая ответа,
  перешел к делу. - Аятолла Шахиди у себя?
   - Да, господин, он вас уже ждет.
   Поднимаясь по широкой лестнице, покрытой коврами, ибн Масрак с
  удовольствием касался рукой белых, как сахар, и скользких, как лед,
  мраморных перил. Мрамор в жаркой стране в богатых домах - материал
  функциональный: он помогает сохранять прохладу, так высоко ценимую в жарких
  странах, и наполняет помещения живительной чистотой.
   На верхней площадке с распростертыми для объятий руками стоял старый
  друг и наставник ибн Масрака - имам Шахиди.
   Владык формирует окружение. Эта истина в равной степени годна для
  Запада и Востока.
   У рыцаря должен быть оруженосец Санчо Панса, который в безумии своего
  Дон Кихота видит мудрость, недоступную для других.