знал Мурада, заулыбался, приложил руку к животу и поклонился.
   - Алейкум ассалам, мустафир. Хош кельдиниз - Добро пожаловать! Келин -
  Проходите! - Выговорив обязательный набор вежливых слов, принятых при
  встрече со знакомым, он доложил: - Я не один. - И тут же крикнул: - Алты!
  Имран! Выходите!
   Из-за углов здания с разных сторон вышли еще два парня с автоматами
  Калашникова в руках.
   По тому, как согнулись в поклонах крутые парни, как расцвели улыбками
  их суровые, дочерна обожженные лица, Андрей понял, что они воспринимают
  Мурада не как человека, зашедшего к ним случайно, а как высокого гостя,
  хозяина (или, может быть, одного из них), от которого во многом зависит их
  собственное будущее.
   Вооруженных автоматами людей нисколько не интересовало и не беспокоило,
  кто и почему пришел сюда с Мурадом. Главное - он сюда привел их сам.
   Гости прошли в помещение склада, забитое до потолка тюками
  хлопка-сырца. В середине склада на свободном пространстве стоял длинный
  стол, по сторонам его деревянные лавки.
   Обметая полотенцем одну из лавок, и не потому, что она была грязной или
  пыльной, а просто в знак высокого уважения к гостю, Фархад предложил всем
  садиться.
   Через минуту на столе появились свежие, еще горячие лепешки, которые,
  должно быть, пекли где-то рядом на тандыре, два чайника, пиалушки, фруктовый
  сахар и холодное вареное мясо на керамическом блюде.
   - Поешьте,