открыла сумочку и вынула пластиковую карточку автомобильных
  прав.
   Полицейский осторожно взял ее за два ребра, чтобы не оставлять своих
  отпечатков, сличил фотографию с оригиналом.
   - В жизни вы красивей, госпожа Дюран.
   Стоило бы сказать спасибо за комплимент, но Женевьева решила
  промолчать.
   Полицейский положил карточку на приборную панель.
   - Госпожа Дюран, пусть вам не покажется смешным, но меня и моих коллег
  серьезно беспокоит ваша судьба.
   - С какой стати полиции заботится обо мне? - Женевьева постаралась
  произнести это как можно язвительней.
   Полицейский на ее слова не обратил ровным счетом никакого внимания. Он
  вынул из кармана пиджака фотографию:
   - Вам знаком этот человек?
   Со снимка на Женевьеву смотрел шейх Джамал ибн Масрак, одетый в
  традиционную ослепительно белую джалабу, с головой, покрытой клетчатой
  красно-белой шемагой.
   - Да, знаю. Что дальше?
   - Дальше? Это тоже он?
   На втором снимке шейх был совершенно голым. Он стоял на открытой
  веранде, подставив тело лучам восходящего солнца. На фото хорошо
  просматривался рельеф мышц груди и живота. Неприкрытые первичные признаки
  мужского пола ютились в куще густых черных волос. Довершали образ волосатые
  слегка согнутые в коленях ноги.
   - Он, - не задумываясь, ответила Женевьева.
   - Судя по всему, - сказал полицейский, - шейх одинаково хорошо знаком
  вам в одежде и