оего бывшего мужа. Холкрофт - моя девичья фамилия.
  Джейн Холкрофт. Я поужинаю с вами.
   Их разговор прервал швейцар "Савоя".
   - Синьор Фонтини-Кристи, ваш лимузин у дверей.
   - Спасибо, - ответил он, не сводя глаз с Джейн Холкрофт. - Я сейчас
  выйду.
   - Слушаюсь, сэр. - Швейцар поклонился и ушел.
   - Можно мне заехать за вами? Или послать за вами машину?
   - Сейчас надо экономить бензин. Я сама доберусь сюда. В восемь?
   - В восемь. Arrivederci.
   - До встречи.
   Он шел по длинному коридору Адмиралтейства в сопровождении флотского
  капитана Нейланда, который встретил его внизу у входа. Нейланд был человек
  средних лет, военный до мозга костей, невероятно довольный собой. А может
  быть, он просто недолюбливал итальянцев. Несмотря на то, что Витторио
  свободно говорил по-английски, Нейланд отвечал простейшими фразами, повышая
  голос, словно обращался к умственно отсталому ребенку. Фонтини-Кристи был
  уверен, что Нейланд не вслушивается в то, что ему рассказывают; человек не
  может слышать о преследовании, смерти, побеге и ограничиваться банальностями
  вроде: "Да что вы говорите?", "Неужели?", "В Генуэзской бухте в декабре,
  должно быть, штормит?".
   Пока они шли, Витторио мысленно сравнивал свое раздражение на Нейланда с
  благодарностью старому Норкроссу с Сэвил-роу. Капитан Нейланд его
  разочаровал, зато Норкросс выказал чудеса сноровки. Старый портной одел его
  с головы до ног в считанные часы.