ла. Густые ветви их скрывали, зато местность внизу отлично
  просматривалась.
   - У нас в запасе еще минуты две, - прошептал Виктор, взглянув на часы. -
  Отодвинь тонкие ветки. Прочно обопрись.
   Через две с половиной минуты их преследователи пробежали внизу под
  сосной. Фонтин наклонился к молодому сербу:
   - Дадим им еще тридцать секунд и спустимся вниз. Побежим к
  противоположной стороне горы. Там ее склон выходит на ущелье. Отличное
  укрытие.
   - И будем на расстоянии брошенного камня от старта, - усмехнулся Петрид.
  - Как ты додумался?
   - У тебя, видно, не было братьев, с которыми ты играл в детстве? Прятки
  были нашей любимой игрой. Улыбка сползла с лица Михайловича.
   - У меня много братьев, - сказал он загадочно и отвернулся.
   Сейчас было некогда обдумывать замечание Петрида. Да и не хотелось. В
  последние семь-восемь дней этот серб вообще вел себя довольно странно. То
  дурачился, то впадал в тоску и постоянно задавал вопросы, слишком
  откровенные для полуторамесячного знакомства. Фонтин посмотрел на часы:
   - Я спущусь первым. Если никого не замечу, потрясу ветками. Это будет
  сигнал слезать.
   Оказавшись на земле, Виктор и Петрид пригнулись и побежали к востоку от
  опушки, к подножию горы. Через триста ярдов с противоположной стороны горы
  начинался каменистый склон, который переходил в узкое ущелье: от
  землетрясения или сошедшего ледника миллионы лет назад