Спустя три часа они стояли на путях близ Сезаны. Огромный локомотив
  тяжело пыхтел. Сидя на ступеньках, Петрид смотрел, как Аннаксас манипулирует
  рычагами и колесиками.
   - Ты отлично справляешься, - сказал он не кривя душой.
   - Да это дело нехитрое, - ответил Аннаксас. - Тут не надо образования -
  просто наловчился.
   - А по-моему, очень хитрое. Я бы так не смог. Брат посмотрел на него,
  пламя, выбивавшееся из топки, освещало его суровое лицо с широко посаженными
  глазами. Крупное приветливое лицо. Это был могучий великан. И честный
  человек.
   - Да тебе все под силу, - тихо возразил Аннаксас. - У тебя, брат, такая
  золотая голова, ты такие слова знаешь - куда уж мне!
   - Ерунда! - рассмеялся Петрид. - Помнишь время, когда ты, бывало,
  хлопнешь меня по спине и скажешь: работай, не зевай, шевели мозгами!
   - Это было давно. Ты корпел над книгами - помню, помню. Депо было не для
  тебя, и ты выбрался оттуда.
   - Только благодаря тебе, брат.
   - Отдыхай, Петрид. Нам надо отдохнуть. Между ними давно уже не было
  ничего общего, и все из-за доброты и великодушия Аннаксаса. Старший брат
  зарабатывал деньги для того, чтобы младший мог перерасти своего кормильца...
  оторваться так далеко, что не осталось ничего общего. Но хуже всего было то,
  что Силач Аннаксас осознавал, какая пропасть их разделяет. В Битоле и
  Баня-Луке он тоже настаивал, чтобы они спали, а не разговаривали. Как только
  они пересекут границу