полуночи добрались до последнего
  контрольно-пропускного пункта на шоссе.
   Любок выкаблучивался перед патрульными вовсю, щедро сыпал именами
  комендантов и оберфюреров, намекая на страшные кары, которые могут
  последовать в случае задержки их мотоцикла. Перепуганные солдаты не рискнули
  проверять его хвастливые заверения. Мотоцикл пропустили в город.
   Здесь царила, разруха. Ночная тьма не скрывала развалин. На улицах было
  безлюдно. В окнах горели свечи - электричество было отключено. Со столбов
  свисали провода, то и дело попадались замершие легковушки и грузовики -
  многие лежали, завалившись на бок или перевернутые колесами вверх, - точно
  гигантские стальные насекомые дожидались, когда их поместят под микроскоп.
   Варшава была мертва. Ее вооруженные убийцы бродили по улицам группами,
  потому что сами боялись этого трупа.
   - Мы едем в "Казимир", - тихо произнес Любок. - Подпольщики тебя уже
  ждут. Это в десяти кварталах отсюда.
   - Что такое "Казимир"?
   - Старинный дворец на Краковском бульваре. В центре города. Долгие годы
  там был университет, а теперь, разместились немецкие казармы и городская
  администрация.
   - Мы войдем туда? Любок улыбнулся:
   - Можно пустить нацистов в университет, но что с того? Все технические
  службы в здании и на прилегающей территории укомплектованы подпольщиками.
   Любок втиснул мотоцикл между двумя автомобилями на Краковском бульваре,
  неподалеку от центральных