чать шантажировать пол-Берлина! И самое ужасное - для вас - это
  пес, который работает на чудовище...
   - Фонтин! Ложись! - раздалась команда из тьмы туннеля. Это был высокий
  пронзительный голос Любока. Эхо его крика, откатившись от низкого потолка,
  перекрыло вопль священника.
   Виктор пригнулся и прыгнул вперед, скатился на твердую почву рядом с
  ржавыми рельсами узкоколейки. Над головой раздался свист пуль, разорвавших
  воздух, и потом громоподобные выстрелы двух "люгеров" без глушителя.
   При тусклом свете мерцающих свечей он увидел фигуры Любока и еще
  нескольких человек, вынырнувших из мрака туннеля с оружием наперевес. Они
  появлялись из-за выступа стены, прицеливались, стреляли и снова исчезали за
  скалистым укрытием.
   Все закончилось в считанные секунды. Ксенопский священник упал. Он был
  ранен в шею, другим выстрелом ему снесло левое ухо. Умирая, он подполз к
  краю возвышения, на котором только что стоял, и вперил взгляд в Фонтина.
  Предсмертный его шепот был больше похож на хрип.
   - Мы... вам не враги. Ради всего святого, верните нам рукописи...
   Раздался последний короткий выстрел; пуля разворотила священнику лоб,
  фонтаном брызнула кровь и залила глаза.
   Виктор почувствовал, как кто-то схватил его за левое плечо, боль пронзила
  плечо и грудь. Его рывком подняли на ноги.
   - Вставайте! - скомандовал Любок. - Выстрелы могли услышать наверху.
  Бежим!
   Они побежали в туннель. Мрак прорезал